Запорожская обл.

Географическая широта:	47°58'16'' с.ш.
Географическая долгота:	35°53'53'' в.д.
Почтовый индекс:	70100
Тип населенного пункта:	пгт.
Украинское название:	Новомиколаївка
Подчиненные насленные пункты:	Михайловское, Островское
Старые названия	до 1813 г. - Кочережки

НОВОНИКОЛАЕВКА

Новониколаевка (до 1813 г.— Кочережки) — поселок городского типа, центр района. Расположена на правом берегу реки Верхняя Терса (левый приток Волчьей), в 63 км от областного центра и в 30 км от ближайшей железнодорожной станции Гайчур на линии Чаплино — Пологи. Через поселок проходит автодорога Донецк — Запорожье. Население — 5532 человека. Поселковому Совету подчинены населенные пункты Михайловское и Островское.

Населенный пункт основан в последней четверти XVIII в. Первыми поселенцами здесь были государственные крестьяне из с. Кочережек Павлоградского уезда Екатеринославской губернии, которые и дали вначале новому поселению название своего родного села. В 1813 г. в честь открытия церкви в т. н. день святого Николая его переименовали в Новониколаевку [1667, с. 65]. Село входило в Покровскую волость Александровского уезда Екатеринославской губернии. Население занималось в основном овцеводством, а также разведением крупного рогатого скота. Запашки под зерновые культуры были небольшими — для внутренних потребностей. Пользовались землей по праву первого занятия. Целина поднималась нелегко. Для вспашки плугом необходимо было не менее 4—5 пар волов. В выгодном положении находилась/488/ лишь немногочисленная зажиточная верхушка, располагавшая достаточным количеством тягла и инвентаря. Бедноте приходилось вступать в супрягу — по 4—6 дворов, вследствие чего каждый бедняцкий двор мог обработать значительно меньше пахотной земли.

В связи с увеличением на рынке спроса на зерно животноводство в середине XIX в. начало уступать место земледелию. Это обострило вопрос о пользовании землей, прежде всего пахотной. Поэтому после 10-й ревизии, в 1859 г. Новониколаевская поземельная община произвела первый передел земли из расчета 8,3 десятины на каждую из 755 ревизских душ. К этому времени в селе насчитывалось 208 дворов, в которых проживали 1435 человек. Однако практически передел коснулся лишь половины из закрепленных за общиной 6566 десятин, а остальная земля оставалась под толокой и сенокосом в общем пользовании [1601, прилож. № 6 с. 330—333] и лишь в последующие годы была превращена в пахоту. Из-за примитивных орудий труда, отсутствия тягла, отсталой культуры земледелия урожаи были низкими. Они не обеспечивали даже внутренних потребностей, не говоря уже о производстве товарного зерна. Поэтому часть бедноты дополнительно занималась ремеслом — выделкой кож, сапожничеством, ткачеством, гончарным и плотницким делом. Ремесленные изделия продавали на ярмарках, устраивавшихся здесь трижды в год, и базарах [1655, с. 29].

По царскому закону 1866 г. за государственными крестьянами Новониколаевки закрепили в бессрочное пользование их наделы, за что они должны были ежегодно вносить государственную оброчную подать. Кроме того, с них взимались платежи: земские, волостные и мирские. Все эти платежи составляли около 13 руб. в год с раскладочной души и 1 руб. 30 коп. с десятины земли. В 1886 г. крестьян перевели на обязательный выкуп, который они должны были вносить в течение 44 лет. Подати и поборы (церковные и прочие), отсутствие или недостаточное количество тягла и инвентаря, уменьшение земельных наделов вследствие их дробления при очередных переделах на возросшее число мужского населения приводили основную массу крестьян к разорению. Тяжелым бременем ложились на их плечи также воинская, постойная, гужевая и другие повинности [1601, с. 334, 335].

В пореформенный период в Новониколаевке оживилась экономическая жизнь. К середине 80-х гг. в селе насчитывалось уже 362 двора и проживало 2390 человек. Удвоился приток скота и зерна на ярмарки; работали пять лавок, трактиры, питейные заведения [1570, с. 24]. В 90-е годы XIX в. местные кулаки построили паровые мельницы, маслобойни, кирпично-черепичные предприятия. Наличие дешевой рабочей силы давало большие выгоды. В 1880 г. наемный рабочий мужчина получал здесь 60 руб. в год, а женщина — в два раза меньше. В 1873 г. был осуществлен второй земельный передел — уже на наличные мужские души, в результате которого душевой надел уменьшился до 5 десятин, а при последующих переделах сократился на треть и в 1906 г. после последнего передела составил 2,6 десятины. Уже к началу XX в. вся пригодная земля была занята под пахоту [1664, с. 20, 21]. Продолжался процесс классового расслоения крестьян. В 1899 г. в селе насчитывался 551 двор, где проживало 3427 человек. 47 дворов (296 человек) считались посторонними и права на надельную землю не имели. Это были мелкие торговцы, ремесленники, наемные сельскохозяйственные рабочие. Большинство из них влачило нищенское существование. Из 504 дворов, входивших в поземельную общину, 310, т. е. 61,5 проц., составляли бедняцкие хозяйства, 64 из них были беспосевными. Более половины имели на двор от 3 до 5 десятин, 121 хозяйство —от 5 до 10 десятин. Треть бедняцких дворов не располагала никаким скотом, половина была безлошадной, менее 10 проц. имели плуги или буккеры. Поэтому 152 двора полностью, а остальные — большую часть надельной земли сдавали в аренду кулакам, а оставшуюся обрабатывали, прибегая к супряге и найму. Чтобы как-то просуществовать, 82 двора посылали членов своих семей на заработки за пределы волости, а 34 семьи занимались сельскими промыслами, не порывая с земледелием. Кроме того, несколько десятков мужчин и женщин из 36 дворов постоянно или сезонно батрачили у кулаков и в трех близлежащих немецких колониях [1601, прилож. № 6, с. 330—339]. 92 хозяйства середняков составляли 18,2 проц. всех дворов. Однако положение их было крайне неустойчивым. Из-за недостатка тягла и инвентаря все они прибегали к супряге и найму, попадая в зависимость от кулаков. В совершенно ином положении находились 102 кулацких хозяйства, составлявшие 20 проц. всех дворов. Каждое из них владело от 15 до 25 и более десятин надельной земли. Кроме того, они в целом арендовали более 300 десятин у сельской бедноты и более 1 тыс. десятин у соседних колонистов и помещиков, а также 136 десятин купили и таким образом засевали от 40 до 100 и более десятин. В распоряжении кулацких хозяйств было по 5—8 пар лошадей, много скота, плуги, буккеры, жнейки, сеялки, веялки и другой инвентарь, а у некоторых — и конные молотилки [1601, прилож. № 6, с. 330—339].

Возмущение существующими порядками принимало революционный характер. Вот как об этом писала газета «Искра» 15 июля 1903 г.: «Не можем не упомянуть о факте, знаменующем начало проявления самодеятельности в крестьянской среде. В глухом селе Новониколаевке, отстоящем от города за 50 верст, появились рукописные прокламации местного характера, в которых рекомендовалось уничтожить попов, урядника, взорвать паровую мельницу богача-эксплуататора. Эти листки, несмотря на их наивность, произвели должное впечатление на упомянутых угнетателей народа. Попы стали кротки, как голуби, урядник сделался необыкновенно гуманным, а мельник-эксплуататор уехал, запечатав мельницу» [2217].

После столыпинской аграрной реформы количество жителей в Новониколаевке в 1911—1913 гг. уменьшилось почти на 2 тыс. человек: многие бедняцкие семьи,/489/ сдав в долгосрочную аренду, продав или бросив свои наделы, выехали из села. Вследствие выделения кулакам отрубов более чем на 900 десятин сократилось количество земли, принадлежавшей общине. 60 кулаков, скупив земли у соседних помещиков и сельской бедноты, основали пять хуторов, сосредоточив в своих руках 4636 десятин земли. Сельская беднота к 1912 г. составляла уже около 70 проц. всех крестьянских хозяйств [1664, с. 20, 21].

Накануне первой мировой войны в Новониколаевке насчитывалось 578 дворов и проживало 3128 человек. Несмотря на то, что село в середине 90-х гг. XIX в. стало волостным центром, застраивалось оно беспорядочно. Кулаки жили в центре в каменных домах, крытых железом и черепицей, а беднота ютилась по окраинам в саманных хатах под соломенными крышами и землянках. Кривые пыльные улочки в непогоду утопали в непроходимой грязи. Здесь действовали две паровые мельницы, маслобойня, бондарня, столярная мастерская. Трижды в год устраивались ярмарки, имелось восемь лавок и шинков. Работали почтово-телеграфное отделение и телефонная станция [1572, с. 74].

Длительное время жители Новониколаевки не получали медицинской помощи. В случае острой необходимости они обращались в Покровский врачебный участок, находившийся в 25 км от села. Во время вспыхнувшей в 1877 г. эпидемии дифтерии здесь даже не было участкового врача. Лишь в 1880 г. открылся фельдшерский пункт. Но это мало улучшило положение. В 1884 г. в Новониколаевке умерли от дифтерии 68 человек. Перед началом первой мировой войны в селе начала функционировать небольшая больница на 20 коек, где работали врач, два фельдшера и акушерка. Не лучше обстояло дело и с народным образованием. Только в 1865 г. в Новониколаевке появилась одноклассная приходская (с 1884 г.— церковноприходская) школа, где один учитель обучал 50 детей. В 1871 г. в селе открылась частная начальная школа, в которой за высокую плату получали образование 20 детей из кулацких семей. Обучали их поп и малосведущий в педагогике учитель. В 1896 г. вместо частной школы начало действовать земское одноклассное училище, а в 1900 г. открылась еще одна церковноприходская школа. Располагались они в малоприспособленных сырых помещениях. К началу XX в. в земском училище и двух церковноприходских школах обучались 74 мальчика и 18 девочек — седьмая часть детей школьного возраста. Из всего населения грамотными были 355 мужчин и лишь 35 женщин, в основном из зажиточных семей. В начале XX в. несколько улучшилась постановка народного образования. В селе открылось второе земское одноклассное училище. Количество учеников удвоилось, но вследствие тяжелого положения большинства семей учебу ежегодно оканчивали далеко не все. Так, в 1913/14 учебном году из 195 учеников первого земского училища две трети весной бросили учебу. Во втором земском училище из 81 ученика учебный год окончило немногим более половины. Большинство населения оставалось неграмотным [602, л. 14; 1572, с. 74].

В Новониколаевке в конце XIX в. этнографом и фольклористом Я. П. Новицким обнаружена одна из копий письма запорожских казаков турецкому султану [2004, с. 115]. Развивалось декоративно-прикладное искусство: гончарные изделия местных мастеров славились на всю волость.

Новые лишения и бедствия принесла первая мировая война. Почти половину мужчин мобилизовали в армию. Оставшихся обязали давать для фронта лошадей, брички, перевозить грузы и выполнять другие повинности. Среди крестьян росло недовольство войной и политикой царского правительства.

После Февральской революции трудящиеся вскоре убедились, что контрреволюционное Временное правительство не защищает их интересы. Предприятия остались в руках их прежних владельцев, земля — в руках помещиков и кулаков. Ненавистная война продолжалась. С большой радостью встретили трудящиеся Новониколаевки весть о победе Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде. В начале января 1918 г. в селе была установлена Советская власть. Начали действовать волостной ревком под председательством бывшего фронтовика С. К. Третынко и сельский ревком под руководством крестьянина-бедняка Д. Л. Бочковского. В конце января избрали волостной Совет во главе с фронтовиком Е. Р. Сиротой [821, л. 31, 48]. Органы Советской власти приступили к осуществлению ленинского Декрета о земле, изъятию излишков хлеба у кулаков и отправке его в промышленные центры страны.

Но в середине апреля 1918 г. Новониколаевку оккупировали германо-австрийские войска. Члены волостного и сельского Советов перешли в подполье, часть актива вступила в партизанский отряд, действовавший в районе села. После краха германо-австрийской оккупации в Новониколаевке в ноябре 1918 г. были созданы волостной и сельский ревкомы. Они завершили наделение землей безземельных и малоземельных крестьян, которые получили по 2 десятины на едока, а также обеспечили их продовольствием и топливом. Весной 1919 г. органы Советской власти оказали помощь беднякам и середнякам в проведении сева, организовали выполнение продразверстки [818, л. 142].

Однако советское строительство было прервано наступлением деникинцев. В середине июля 1919 г. части 14-й советской армии, защищавшие Новониколаевку и близлежащие села, вынуждены были отступить. Деникинцы грабили и терроризировали население. Они пытались провести мобилизацию в свою армию, но безуспешно. Крестьяне прятали хлеб, теплую одежду, фураж, всячески уклонялись от вступления в белую армию. 31 декабря 1919 г. части 41-й и 54-й дивизий 14-й армии, которой командовал И. П. Уборевич, освободили Новониколаевку от врага [1459, с. 605]. О решимости отстаивать завоевания Советской власти и поддерживать все ее мероприятия свидетельствует резолюция крестьян/490/